Им нечего терять

К войне в Газе нас привело фиаско отказа от политического решения. Разруха,учиненная этой позицией правительства Нетаниягу, основана на ложных предположениях его представителей.

После оккупации в 1967 году, граждане Израиля подвергались уже ракетным обстрелам (впервые это произошло в Бейт-Шеане в 1968 году). Из Газы же летят ракеты с 2001 года. Израильские правительства пытались различными насильственными методами решить эту проблему. За это время погибло много израильтян и девять тысяч палестинцев. Однако, со временем, эти преступные обстрелы лишь усиливались, а наши правительства продолжали отказываться от политического решения.

В 2002 году на свет появилась арабская мирная инициатива, но Израиль так и не ответил на призыв 22 арабских стран; В 2003 году женевская инициатива также осталась без внимания нашего правительства; В 2005 Израиль провел программу размежевания, напрочь отказавшись от координации действий с Палестинской администрацией; В 2007-ом была похоронена Конференция в Аннаполисе; И в 2014-ом, массивным строительством в поселениях, а также отказом выполнить четвертый этап освобождения заключенных, были сорваны последние переговоры. А когда нет мира, наступает война.

Израильское правительство создало ситуацию, в которой жителям Газы нечего терять: сектор почти полностью закрыт. Вход и выход запрещен. Жители Газы уже давно перестали работать в Израиле, а с 2006 года сектор официально блокирован. Я вспоминаю один из моих разговоров с Хаимом Рамоном, бывшим тогда вице-премьером, в котором я его предупредил, что блокада только усилит ХАМАС за счет взятия налогов за тоннели. На это он мне ответил, что эта террористическая организация падет в течение трех месяцев. В ретроспективе, блокада, конечно, предотвратила ввоз кинзы в Газу, но никак не повлияла на вооружение ХАМАСа, который разбогател именно на импорте.

Позднее, во время операций «Летние дожди», «Литой свинец» и «Облачный столп» наши правительства пытались решить проблему силой. Но им этого не удалось по одной очевидной причине — нет военного решения. Даже в начале «Нерушимой скалы» министры и комментаторы грозились и обещали, что за два дня ХАМАС падет на колени и попросит прекращения огня. Но до сих пор, этого не произошло. Оказалось, что с помощью насилия невозможно научить людей, что насилие является неприемлемым методом.

Выяснилось, что палестинцы такие же как израильтяне: когда на нас нападают мы жаждем ответить контратакой. По этой причине, чем сильней были удары ЦАХАЛа, тем сильней становился ХАМАС. Потому что ХАМАС — это идея и его мощь зависит от выраженной ему поддержки, а не от количества ракет. Таким образом, если мы разрушим все его тоннели — он возьмётся за ракеты, если уничтожим весь его ракетный арсенал — начнутся набеги с моря, если же мы осушим море — он вернется к террористам смертникам.

Так что посыл ясен: нет военного решения, есть только политическое урегулирование, которое лишит ХАМАС мотивации, а нам поможет достичь нашей цели.

Конечно, правительство обещало нам восстановить сдерживающий фактор, однако время учит нас, что этот самый фактор живет не дольше, чем мороженное на августовском солнце в пустыне. Только гляньте на нашу историю, после легендарной победы в Шестидневной войне, ответом стали «катюши» по Галилее, вторжения из иорданской долины, первые теракты, война на истощение и война Судного дня.

Даже заявление Менахема Бегина «и покоилась земля сорок лет», сделанное после первой ливанской, не продержалось и сорока часов. Поэтому нечего и удивляться тому, что после тяжелых ударов, ХАМАС продолжил обстрелы нашей территории.

Таким образом, нет другого выбора. Единственный способ борьбы с ракетами — это арабская мирная инициатива. Это заключение договора с палестинским правительством национального единства, в котором Газа будет неотъемлемой частью Палестинского государства, снятие блокады и предоставление жителям сектора надежды на лучшее будущее.

Моси Раз

 Бывший депутат Кнессета от партии Мерец, председатель Форума миротворческих организаций